Легенды

«Генералы и офицеры ОСНАЗА – участники Великой Отечественной и Афганской войн»Дроздов Юрий ИвановичЕфимов Николай ВячеславовичЛазаренко Александр ИвановичЕвтодьев Иван ПавловичБогданович Владимир Владимирович

Легенды современного спецназаВ.С. Белюженко

Я.Ф. СеменовА.А. Пунтус

Из книги «ОСНАЗ. От Бригады особого назначения к «Вымпелу». 1941-1981гг.»
Руководитель авторского коллектива В.И. Ютов, автор-составитель В.Ю. Воронов
Составители: С.А. Голов, Б.А. Плешкунов, Я.Ф. Семенов

Герой Советского Союза, полковник Белюженко Виталий Степанович родился 3 октября 1940 года.

С 1959 года проходил военную службу на Северном флоте в качестве специалиста по приборам управления ракетами подводной лодки. С 1963 года – в органах госбезопасности. В 1970 году окончил КУОС и стал спецрезервистом внешней разведки.

Когда начались события в Афганистане, был на оперативной работе в Управлении КГБ по Москве и Московской области. Затем прошел боевой путь в спецподразделении «Зенит» (1979 год), а с середины 1980 года – участник оперативно-боевых мероприятий, которые проводило спецподразделение «Каскад». В октябре 1980 года под крупным кишлаком Чарикар вступил в бой в составе отряда армейцев и «каскадеров» с крупным бандформированием душманов.

Из книги «Спецподразделение «Каскад»:

«В октябре 1980 года в районе большого кишлака Чарикар советская пехотная рота попала в окружение. Об этом стало известно из радиотелеграммы от команды «Каскада», находившейся в этом районе. Связались с Ахромеевым С.Ф., чтобы скоординировать действия. Ахромеев попросил помочь окруженной роте силами «Каскада». На операцию выдвинулись на четырех БТР. Подъехали к дувалам и увидели, что путь от места окружения нашей роты к этим дувалам лежит через лощину, которая ожесточенно простреливалась душманами. Вступили в огневой бой, так как БТР пройти к лощине не могли.

Именно в этом бою основную роль сыграл офицер «Каскада» Белюженко Виталий Степанович.

Тот бой запомнился многим «каскадерам». Их было 30 человек, рванувшихся на выручку своим боевым товарищам.

Душманы пошли в атаку, прикрываясь снайперским огнем с учетом ступенчатых складок местности. Казалось бы, все ординарно и в принципе известно. Но первая же пуля снайпера попала Виталию в бедро. Он сразу заметил дырку в комбинезоне, но сильное тренированное тело не изменило решению переменить позицию (хотя это было связано с преодолением открытого пространства), и «каскадер» какое-то время продолжал бег. Это удивило снайпера, и он вновь дослал патрон в патронник, чтобы продолжить расстрел живой мишени.

«Каскадер» хотел сделать следующий шаг, но нога подломилась, и тело пронзила дикая, все сокрушающая боль.До дувала три метра. Виталий переворачивается на спину и сразу чувствует, как одна пуля задевает правое ухо, а вторая врезается около головы. Кажется, что не три метра, а три километра проползти.

Еще несколько выстрелов по нему, по живому человеку, и каждый выстрел – смерть. Опять молнией бьет в мозг: «Все! Следующая пуля – моя…» Борьба за оставшиеся метры придала какие-то силы. И Виталий успел подумать: «Да у него же «бур» левит». Спецназовец и тут остался верен себе: анализ обстановки автоматически делал свое дело. «Бур» левит – значит, ползя, надо брать чуть правее – туда, где находилась маленькая складка местности, а значит, — укрытие.

А ведь бой надо было продолжать, нельзя было позволить душманам преодолеть открытое пространство до лощины, где были наши солдаты. У Виталия оставалось четыре диска, две гранаты и пистолет. И он снова дал бой. Потом вспоминал, как экономно расходовал он эти четыре диска, боясь, что душманы поймут, что у него кончились патроны. А когда они кончились, взял пистолет на изготовку: живым решил не сдаваться. Но тут подоспели «каскадеры».

А вот как описывает сам Виталий Степанович уже то, что было после боя, после нескольких Операций и «отлежки» в нескольких госпиталях:

«После сорока пяти суток «растяжки» моей левой ноги меня снова запаковали в гипс от груди до пят и самолетом переправили в Москву в госпиталь КГБ на Пехотной улице. Здесь мне пришлось еще более шести месяцев лежать в гипсе. И все шесть месяцев, особенно длинными зимними ночами, вспоминал я всепережитое в том тяжелом бою, когда мы оказались в западне. Вспоминал все посекундно! И только здесь, уже в полной безопасности, мне впервые почему-то стало понастоящему страшно от того, что пришлось пережить. Потому что в бою я работал и думал только о том, как выполнить свою задачу. А здесь я заново переживал свой пройденный путь. Ведь тогда, когда я, раненый в бедро, подлез на спине к дувалу, вражеский снайпер трижды целился в мою голову из своего точного «бура», чтоб покончить со мной. И трижды, как в сказке, промахивался. Трижды его пули только касались моей головы… Стало быть, тогда еще не пришел мой конец. И только теперь я впервые в жизни поверил в судьбу.

Может быть, от этих воспоминаний много раз потом видел во сне, будто снова участвую в том бою. Будто делаю перебежку и жду выстрела снайпера в спину, всей кожей чувствую, что сейчас будет выстрел из того самого английского «бура». И каждый раз, так и не дождавшись выстрела, просыпался в холодном поту».

Герой Советского Союза, герой афганской войны Виталий Белюженко сумел мужественно перенести все несчастья, выжить и стать еще одним примером стойкости характера и духа, а ведь «люди с характером – это совесть того общества, к которому они принадлежат».